Минул год с последней с вами нашей встречи, минул целый год.
Где я пропадал? Где коротал свои короткие дни и удлинял длинные ночи? Вы спрашиваете?
Я отвечаю.
Я был счастлив, как никогда более, весь этот год.
Как никогда более, я был весел и грустен, порядочен и нет.. Был ребячлив и косен, как старик.
А был я в странствии. Я и сейчас в нем нахожусь. В отсроченный рассвет лишь в мирском понимании, а не солнца, в эту замедленную и удлиненную ночь я вспомнил. Вспомнил про то, что я - последний из рода, Хоббит-боббит. И что когда-то я вел книгу. Эту книгу. Где описывал свои дни, свои дела, заботы и радости, вел незаметные, но меж тем значительные заметки о жизни, в которую я обернут, как младенец.
Странствие началось почти ровно год назад. Когда я нашел лист, заморский, подобный тем, о которых отвлеченно я писал вам и которые наблюдал внутренним взором. Нашел лист, который стал со мной говорить. Разговаривать, вести беседу, как угодно. Никогда  я этого, представьте, и вообразить себе не мог, что листья могут разговаривать. Слова проявлялись на нем, и спустя некоторое время, исчезали. А некоторые оставались, но уже только внутреннее око могло их видеть. Иногда мне казалось, что сей листок - чудесный мираж, мозаичная игра-загадка воображения вашего покорного слуги, и что листок настолько же мертв, как ему следует быть после Облетенья, и он лишь искусно отражает, аки зерцало, мою местами причудливую, а местами омертвелую жизнь в избушке и еще в тех местах, которые задернуты тяжелыми, впитавшими пыль и запахи минувших дней, материями, и тех местах, в которые ведут лишь двери сновидений, - всех тех, которые лишь внутреннее око видит и коими оно бывает немало очаровано. Я всерьез стал ощущать свое продолжение в этом перышке природы, хрупком, как сама жизнь, он приобрел для меня особое, волшебное значение. Точнее сказать - она. Как изящен и смел ее почерк, как вихриеваты извивы прожилок, как жив ее цвет. Молчание, ни звука. Но в ней вся жизнь. Она и увлекла меня в странствие, в то, где кончаются дороги, и начинаются места.

Суета ни к чему хорошему не приводит, ох-ох-ох!
Набегался же я вчера по лавкам и туннелям, с купцами наговорился, наторговался. К вечеру еле доплелся в свою избушку. Долгие часы проспал, а после обнаружил, что важное письмо еще не пришло и уж не придет верно. Сходил в посыльную лавку со свитком, получил мешочек с золотом за сделанную давече работу.
Полы плаща промокли, Накидка обтрепалась, в наши края пришла большая туча, она день обливается, день ветры нагоняет и все негодует, бедняжка. Листва обмякла, в лужах застоялась, тропинки размыло и обтрепало, это время года мы зовем Облетение. Листья облетают землю в поисках вечного пристанища и дают жизнь новым деревьям, жучкам, гусеницам, птицам. Облетают кто короткую спираль вокруг давшего им жизнь древа, кто отправляется в отчаянное странствие на воле ветров, кто вдвоем отрываются от ветки и летят вместе, как можно дольше, куда - неважно. Непредсказуемый полет. Диву даешься, когда вдруг увидишь заморский лист на груде палой листвы и так он серебрится, уже мертвый, проделавший такой путь. Захотелось и вашему почтенному другу самому в странствие отправиться, повидать другие берега, походить по иной листве, воздухом чужаков подышать, испить заморскую водицу. Есть друг у меня, он полугном-полуэльф, отправился за море, мы вчера в ним по раковине перемолвились. Чудесную раковину мне привез один кудесник. Да то давняя история... Друг мой светловолос, лазуревые глаза его сияют как онефиты, он легкоступ и весел нравом. И мы шлем весточки друг другу.
А сегодня мы с братом коротали трапезу, наблюдая через волшебное окошко за приключениями братства в белых мантиях. Старший брат искусный мастер отгадывать загадки..
Эх, насытились мы с братом похлебой из розового корня и пирогом с картофельными ягодами!.. Хорошо и тепло в избушке!.. Часы обошли большую комнату и вернулись на столик - скоро час ложиться в перину.
Спокойной ночи, добрые люди!

Добрых сумерек, добрые человеческие детеныши!
Наступили холода, я проснулся ото спячки окончательно и только что поел лапку крикливого зверя. Развелось нынче много больных и грустных крикливых птиц, даже больно смотреть на них, освежевывая.
Ваш преданный друг наконец-то занялся делом и никакие холода тому не помеха. Ко мне нынче повадился всякий люд, уж и не знаю, как кто прослыхивал и где. Человеческие детеныши находят меня и бередят мои невидимые серебристые волосы, от этого и щекотно, и весело, а иногда и тревожно. Долго я проспал и многое в мире человеческом изменилось. Чувствую я, что иногда тянет меня в сизую дымку небытия, вот-вот, да и отпустит что-то из этого мира. Но пока я здесь, я могу что-то поделать, например, собрать человеческих детенышей и рассказывать им сказки. Я уж и не помню, сколько лет назад сказки читывали мне, внутреннее око относит меня к давно минувшим дням, и в них все - и свет, и музыка. А люд ко мне повадился по вопросу шкур и свитков. Мастерство моих сородичей, нашего рода, слывет славой в чистых сердцах и ярких глазах.
За сим откланиваюсь, не простужайтесь!

Ваш Хоббит-Боббит

сегодня был суматошный тот еще денечек! С утра я был в землянке старшего моего кузена, краснокнижника, в его отсутствие присматривал я за хоббитенком-боббитенком, женщины в нашем роду большая редкость, чтоб толковые были. Младшой шерстеступненок лазил по уголкам и отыскивал еду избяного зверя, брал на зуб, и ковырял в пастьице белыми факелочками. Мы взирали в волшебное окошко и даже нам удалось насладиться мимолетным зрелищем - миражом с парящими астеничными эльфийцами. Много же много я думал дум вчера поздней ночью, не мог заснуть, поминая недобрым словом мою внезапную спячку, это отродие внутреннего непостоянства. В моей избушке не стало холоднее и сырее, но в лучине хоббита-боббита, такого, как я, брешь, и залатать ее не так-то просто, как сходить в лес, отыскать сухих поленьев и залатать прорехи в левом крыле моей избушки. Я потрудился лучину подзадуть - слегка, не до самогой-то задухания, подзатянуть ворох былинок, которые ее составляют. И сегодня, собравши котомку загодя, пошел на совет собратьев нашего рода. Прихватил с собой трубку с отменным табаком, посох мой верный, плащ самый невзрачный земляного цвета надел поверх поносившегося платья. Долго ли коротко ли добираться, ехал на повозке доброго мага, который в пути байки мне всяческие на суд предавал, предаваясь мечтам о новой трубке...
упокойной ночи, дорогие сородичи)

сегодня почувствовал голод и решил приготовить мясо в печке, в погребе как раз лежал свежий кусок свинятины, вот я его и запек, наелся до отвалу, что брюхо как у беременной гусыни. что что же. ох-ох-ох
завтра гости пожалуют, приедут на повозках из соседней деревни. сегодня дождик берендит весь день, капельки звонко стукают об окошки моей избушки. сделал два перьевых свиточка сегодня, что-то такое тоненькое. пойду на лежанку ближе к волшебному окошку, со мной шила - уже без мыла, потому что теперь шила куплены острые. до завтреча, друзья, ваш хоббит-боббит.

только что вернулся из гостей. ходил к другу в землянку на той стороне деревни, путь неблизкий, ехал на повозке. мы зажарили 9 куровьих лепешек, сделали салат из кабачков и тыкв, пили чай с круглыми пирогами. друг мой ногу подвихнул после бражной пирушки, он не хоббит-боббит, но почти, так же весел и волосат, причем рыж, как отчаянный моряк! он тоже древней породы. я принес ему свои свитки, целую дорожную сумку старых и новых красочных свитков. он посмотрел и отметил, что свитками мне надо заниматься дальше, а не только цепями. я взял у него на изучение фолиант заморского хижиностроителя, и сделал копию его искусных витражей. потом посмотрели архивы цветных свитков наших местных свиточников. свиточники кто в лес кто на опушку. замечательно прошел день. и припасами я пополнил кладовую друга, поскольку ему не ступить за порог дома с фиолетовой ногой - сородичи засмеют! ну что же, до завтрего. ваш хоббит-боббит

сегодня днем пришло время взять в руки тяпку и окучить мои любимые туберозы.
на ужин сегодня ел салат из кабачков и печеные тыквы с лимонным компотом, на завтрак завтра - капустный сок и сырную простоквашу.
сейчас крутим шестеренки и приделываем цепи - работа такая.
еще днем ходили в лавку, как раз купили цепи, хоть нам предлагали раковины, шары и ремни, что же, запаслись метровиками цепей :) а вчера ходили в соседнюю лавку за свечами, купили 4 больших и 8 маленьких. растраты! - иначе и не скажешь.
еще доложу я вам, что пора мне менять съемную крышу и тележку - и то и другое еле держится и ездит. хорошо хоть ноги есть. землянку продувает, печку студит. гостей давно не было.
не знаю, кто это прочитает, но мне строго наказали, как последнему из рода, вести эту письменную книгу.
вернусь завтра в тот же час.